logo

Coinspot 24.10.2020

BTC/USD

12959.79

ETH/USD

412.13

LTC/USD

55.82

НБУ 24.10.2020

USD/UAH

28.50

EUR/UAH

33.70

RUB/UAH

0.38

comment

Рубрики

comment

МЕНЮ

Главная Статьи Общество события Схема на железнодорожной медреформе: какие угрозы скрывает продажа больниц УЗ частным инвесторам
commentss Статьи Все новости

Схема на железнодорожной медреформе: какие угрозы скрывает продажа больниц УЗ частным инвесторам

Передача больниц "Укрзализныци" в концессию может оставить без работы многих медиков, довести до упадка сами медучреждения и создать серьезные проблемы государству

22 июля 2020, 15:09 comments2176

В скором времени сотрудники “Укрзализныци” могут лишиться квалифицированной медицинской помощи ввиду того, что директор Центра здравоохранения предприятия Наталья Белинская активно взялась за продажу профильных клинических больниц. В УЗ выстраивается схема фактической приватизации учреждений. Государство и, в частности, налогоплательщики, за деньги которых были построены эти больницы, рискуют потерять сотни миллионов гривен.

Схема на железнодорожной медреформе: какие угрозы скрывает продажа больниц УЗ частным инвесторам

Схема на прибыли от больниц Укрзализныци

Официальная причина продажи больниц – их убыточность. Хотя априори задача корпоративной медицины – не приносить прибыль “Укрзализныце” или любой другой компании, а обеспечивать выполнение соцгарантий. Благодаря наличию собственных клиник компания получает бонусы в нематериальном виде – в качестве человеческого потенциала. Более высокий уровень здоровья сотрудников гарантирует рост их удовлетворенности и производительности труда.

Тем не менее, апелляция к прибыли от гендиректора ЦОЗ Натальи Белинской, которая проработала на своем месте, за вычетом карантинных мероприятий, всего пару месяцев, заставила Мининфраструктуры принять ее план о передаче больниц в концессию.

Белинская объясняет падение прибыльности клиник неэффективным управлением ими со стороны главврачей, хотя на практике медучреждения стали убыточными после 2016 года, когда больницы утратили статус юрлиц и были переданы на баланс ЦОЗ. Финансирование на этом оборвалось. У медучреждений нет денег на оплату коммунальных услуг: электроэнергии, вывоза мусора. Стабильно финансируются только зарплаты.  О ремонте отделений речь не идет.


Состояние роддома Харьковской клинической больницы на железнодорожном транспорте №2. Фото: Центр здравоохранения АТ “Укрзализныця”

Естественно, в учреждения с такими условиями стало обращаться меньше железнодорожников и простых граждан. Но вместо того, чтобы повысить уровень финансирования больниц, чиновник, активы которого, по официальным данным из декларации, в 10 раз превышают доходы, предлагает концессию. Хотя возникает вопрос, почему клиники УЗ не могут наравне с остальными больницами заключать контракты с НСЗУ и зарабатывать, развиваться.

В мире концессия – действительно достаточно популярный вид государственно-частного сотрудничества. Инвестор получает право эксплуатировать имущество в обмен на закупку для него оборудования и ремонты в помещениях. Предполагается, что он будет более эффективно распоряжаться деньгами, которые сам вложит в проект, чем чиновники. Но, учитывая высокий уровень коррупции в Украине, концессия может только навредить. 

В одном клиническом центре обслуживается в среднем 8 тысяч железнодорожников и членов их семей в год. Согласно страховой реформе, которую также лоббирует Белинская, годовая выплата сотруднику УЗ предполагается в объеме 150 тысяч гривен. Если из суммы будет израсходовано хотя бы 10 тысяч гривен, то прибыль инвестора составит 80 миллионов гривен. И это – только на одном объекте из 8. При желании, страховой случай можно лечить гораздо дольше, вытягивая как можно больше денег налогоплательщиков. 

Помимо денег, которые инвестору заплатит “Укрзализныця”, он сможет получать плату за услуги от людей, которые отношения к железной дороге не имеют. По данным ЦОЗ, в 2019 году клинику посещал 51% посторонних пациентов. после капитальных ремонтов поток вырастет еще больше. 

Эти деньги могло бы получать государство, обойдясь без концессии. Но, как показывает практика, чиновников сложно заинтересовать тем, что не принесет денежный бонус. Коррупционная схема здесь может выглядеть так.  

Первый этап – занижение активов больниц

Перед передачей больниц в концессию они пройдут прединвестиционную оценку активов, доходов, затрат, рентабельности, платежеспособности, ликвидности, ключевых рисков. ЦОЗ не раскрывает информацию, кто проводит оценку, но это очень важно. Для любого кредитора, будь то Европейский инвестиционный банк или любое другое финучреждение, важно, чтобы оценщик не был связан с будущим победителем. Не исключено, что сейчас оценку больниц делают под конкретного победителя, что уже является коррупцией.

Таким способом оценщик может искусственно занизить балансовую стоимость больниц на фоне текущих проблем в медучреждениях, чтобы инвестор получил клиники за бесценок. 

Также вероятно, что до передачи клиник инвестору активы будут сжимать до предела. Белинская прямо писала на своей странице в Фейсбук, что недовольна большим количеством коек в больницах. По ее мнению, 310 коек в одной клинике – слишком много, их необходимо сокращать. 

 

Кроме того, согласно закону “О концессии”, аудит должны проводить “советники и независимые эксперты”. Но советниками может быть кто угодно, включая глав клиник, которых прежде назначила Белинская. Ставленники начальницы ЦОЗ уже были вынуждены написать заявления об увольнении из-за нарушения процедуры их назначения, но в последние две недели отработки им была озвучена задача – провести проверки на предприятиях. Об этом идет речь на странице ЦОЗ. Учитывая специфику работы гендиректора, аудит в данном случае может быть только финансовым.


К слову, благодаря договору о конфиденциальности граждане не смогут узнать, за какую цену больницы передадут в концессию.

На руку чиновникам “УЗ” и Белинской играет обновленный закон “О концессии”, который был принят год назад по упрощенной процедуре. В нем сохранились скандальные нормы, взятые из старой его редакции. Главное научное управление Верховной Рады в своем выводе к проекту закона ко второму чтению писало, что высказанные прежде замечания учтены не были. Эксперты же предполагали, что этот закон писался под "кого-то”, так как он предусматривал крайне выгодные условия для частного концессионера.

Данный закон предусматривает возможность проведения прямых переговоров без предварительного отбора кандидатов. То есть конкурса может и не быть – чиновники выберут того, с кем договорятся. Ранее Белинская уже назначила генеральных директоров для клиник в обход закона, без конкурса. Когда нарушения при данных назначениях оказались слишком очевидными, ей пришлось попросить их написать заявления об отставке. Но фактически гендиректора продолжают работать до сих пор.

А даже если конкурс все-таки будет проведен, это не гарантирует честный отбор. Практика проведения тендеров в Украине показала, что их условия с легкостью прописываются под нужного кандидата. 

Сигналом о коррупционной схеме здесь может служить появление в новосозданной компании (SPV, "проектной компании", созданной для реализации проекта) сторонних учредителей, не связанных с профильным инвестором. Еще один механизм для получения чиновниками неправомерной выгоды с тендера – так называемый пункт о комиссионных. Обычно государства, для предупреждения коррупционных рисков, прописывают в условиях концессии запрет на выплату комиссионных любой другой компании или физлицу. Стоит проверить, пропишут ли это требование в УЗ.

В целом с убеждением общества в необходимости концессии у Белинской все плохо. Ее действия официально поддерживает лишь одна из восьми клинических больниц. Страница директора ЦОЗ в соцсети систематически заполняется комментариями негодующих медиков и железнодорожников, которые ратуют в защиту действующего, профессионального руководства. И хотя эти комментарии оперативно удаляются, глас народа находит отражение на странице ЦОЗ в соцсети и в митингах под Офисом президента и Министерством инфраструктуры.

Митинг медиков железнодорожных клиник под Офисом президента. Фото: Центр здравоохранения АТ “Укрзализныця”

Сам министр инфраструктуры Владислав Криклий успокаивает протестующих медиков: мол, поиск инвестора ничего плохого не предвещает. В пример он приводит громкую концессию Херсонского порта. 

В конкурсе победила компания “Рисойл-Херсон”. Против гендиректора украинского ее представительства Шота Хаджишвили открыты уголовные дела об уклонении от уплаты налогов путем вывода денег в офшоры. У самой компании есть несколько офшорных “дочек”. Часть компании принадлежит олигарху Давиду Бежуашвили, которого считают причастным к рейдерским захватам промышленных предприятий в Грузии. Тем не менее, Криклий считает удачной передачу такому инвестору Херсонского порта на 30 лет, и даже предлагал привезти медиков в порт, чтобы они увидели позитивные изменения своими глазами.

Второй этап – завышение инвестиции концессионера

Второй этап схемы – утверждение плана развития медучреждений на этапе концессии. Под этот план можно прописать самые разные требования по инвестициям. Концессия не может закончиться, пока инвестор не вернет свои вложения. А возвращать их он будет очень долго, ведь можно легко завысить суммы своих инвестиций.

Тот же аппарат искусственной вентиляции легких можно приобрести за разные суммы. В разгар пандемии аппараты ИВЛ в Италии закупали в среднем за 17 тысяч евро. А Кировоградская область потратила в пять раз больше средней цены, закупая аппараты по 2,5 миллиона гривен. Никто не мешает инвестору закупить у связанных с ним фирм медицинское оборудование, отчитываясь о гигантских инвестициях, которые он затем должен будет “отбивать” годами.

Причем далеко не факт, что от таких закупок для больниц будет хоть какой-то эффект. Аппараты могут даже не поступать на баланс учреждения. В Киевской области было закуплено аппаратов на 10,5 миллионов гривен у “своей” фирмы, а медики их так и не увидели.

Завысив стоимость инвестиций, инвестор сможет “отбивать” их годами, что, по сути, не отличается от приватизации. Показателен пример строительства больницы в Паддингтоне (Великобритания). Согласно финансово-экономическому обоснованию, стоимость проекта должна была составить 300 миллионов фунтов стерлингов. Его завершение планировалось в 2006 году, но в процессе работы цена выросла в три раза, а срок окончания концессии был продлен на 7 лет. 

Третий этап – убыточные условия для государства

Третий этап схемы – это обязательства, которые государство возьмет на себя перед инвестором. Например, оно может пообещать определенное количество пациентов в год. А если реально его не будет, государство просто покроет убытки. 

Мало того, что “Укрзализныця” от концессионера ничего не получит, государство ему даже заплатит. Закон предусматривает поставку концессионеру товаров и услуг, необходимых для выполнения концессионного договора. И реконструкция, и капитальный ремонт помещений – на государстве “при его желании”.

То есть украинцы налогами скинутся на то, чтобы отремонтировать больницы, прибыль от которых будет получать бизнесмен. Да, это не обязанность концессионера, а лишь возможность. Но такое желание у чиновников, связанных с инвестором, может возникнуть.

Что же касается будущего учреждений после конкурса, то любая оптимизация подразумевает сокращения. Именно против них медики и бастуют. Белинская рассказывает, что будут подписаны инвестиционные обязательства о невозможности перепрофилирования лечебного учреждения, о систематическом поднятии заработной платы, невозможности сокращения медицинского персонала в течение минимум 5 лет. Но врачи не верят этим обещаниям и у них есть на то основания.

Предполагается, что работа инвестора все равно контролируется государством. Но этот контроль условный. Даже если требования ЦОЗ, прописанные в концессионном соглашении, будут полностью соблюдены, они ничего не гарантируют. Сохранение количества рабочих мест не предполагает сохранения профиля этих мест и условий работы. В самом центре не скрывают, что уже перешли в своей работе на четырехдневный график. То есть слухи о том, что медикам сокращают количество рабочих часов, подтвердились. Фактически, почасовая оплата труда не уменьшится, но в месяц медики будут получать меньше. О повышении зарплаты для медработников в таких условиях речь идти никак не может. Тем более, до среднерыночной (по данным trud.com она составляет 20 тысяч гривен).

Если рассматривать примеры концессий, проведенные на просторах СНГ, где проблемы в медицине схожи с украинскими, то в апреле 2018 года родильный дом в Салавате, Россия, перешел в оперативное управление концессионера “Генус" на 23 года. Реконструкция не началась, льготный медицинский стаж отменили, ведь сотрудники перешли на работу из государственного учреждения в частное. Средняя зарплата врача в организации была заявлена около 25 тысяч рублей, но оказалась на практике в два раза меньше.

Концессия обычно прерывается после нарушения инвестором ряда обязательств по решению концессионера, то есть “УЗ”. Но далеко не факт, что руководство УЗ будет прерывать концессию из-за судеб медиков. Оправдания перед медиками за увольнения и за низкие зарплаты могут быть самые разные.

Проблемы могут ждать и самих железнодорожников, которые будут обслуживаться в этих больницах. Компания тоже была обязана предоставлять им услуги, гарантированные государством. Но частные клиенты получали преференции, без чего наверняка не обойдется и в данном случае. Не исключено, что сотрудникам “Укрзализныци” придется ждать приема по несколько дней. 


Последствия концессии: чем рискует государство

Статья 16 Закона Украины “Основы законодательства об охране здоровья” гласит: “Сеть государственных и коммунальных учреждений здравоохранения формируется с учетом потребностей населения в медицинском обслуживании, необходимости обеспечения надлежащего его качества.... Государственные и коммунальные учреждения здравоохранения не подлежат приватизации”. 

Приватизация незаконна по той причине, что больницы – это не только источник прибыли, но и стратегический объект государства. Что делать, если в стране начнется вторая волна эпидемии коронавируса? Обеспечить страну почти 4 тысячами дополнительных коек для больных будет невозможно. Стоит ли такой риск сэкономленных на покрытие убытков медцентров денег – непонятно. Тем более, что не исключен определенный уровень расходов и в случае концессии.

Говоря о концессии, Белинская многократно использует термин “продажа инвестору”. Это и произойдет с больницами, когда долгие годы инвестор будет распоряжаться ими, как ему вздумается. Вместе с клиниками, в право пользования ему перейдут и земельные участки в центре Киева, Днепра, Одессы, Львова. Одесская клиническая больница, например, расположена на улице Павла Шклярука и занимает больше 4,5 га. Никто не мешает инвестору открыть на территории медучреждений, к примеру, кафе или магазины. Ведь требование о необходимом количестве рабочих мест инвестор исполнит. 

Эксперты в один голос говорят, что концессия больниц или вузов в Украине – коррупционная схема. 

“Утверждение того, что больницы или вузы нужно передавать в концессию – это абсолютно предательская позиция, которая не имеет под собой никакого экономического обоснования... Это приведет к тому, что новые владельцы, которые получат право собственности на эти объекты, сделают все возможное, чтобы все лакомое ушло с молотка, а все убыточное потом вернут назад в руки государства. Потому это – еще один грабеж Украины”, – утверждает экономический эксперт Игорь Гарбарук.

Финансовый аналитик Алексей Кущ упоминает медреформу в украинской железной дороге так: “Одни правильные инвесторы вкладывают в свои медицинские центры десятки миллионов долларов собственных инвестиций, а другие ждут государственной "халявы" в виде уже готовых государственных объектов, ведь себестоимость одного квадратного метра медицинского центра варьируется от 1 500 до 2 000 долл. Медицинский центр на 10 тыс. квадратов – это актив на 20 млн долл”. 

Несмотря на очевидные злоупотребления, медикам длительную концессию можно будет объяснить невыгодностью для инвестора краткосрочных контрактов. Они ведь лишают концессионеров стимулов направлять инвестиции в основные фонды, обучать персонал. Инвестор в связке с дирекцией “Укрзализныци” может вымывать средства государства под видом возвращения вложений. Это будет удар по бюджету, который и так с трудом вытягивает коронавирусные расходы. Деньги пойдут инвестору, а не на социальную поддержку населения, страдающего от последствий пандемии. 

Затем, когда станет очевидно, что инвестор не улучшает состояние медицины на железной дороге, произойдет его замена – она тоже возможна благодаря новому закону. А когда в больницах не останется дорогостоящего оборудования, предъявить инвесторам ничего не удастся – ответственности за государственное имущество они не несут. Вряд ли после этого у государства найдутся миллиарды гривен на восстановление профильной медицины.

Если медики больниц на железнодорожном транспорте продолжат добиваться справедливости, Белинской и чиновникам “УЗ” не удастся реализовать эти планы. Балансовую оценку клиник проведут независимые специалисты, а на место инвестора пройдет открытый прозрачный конкурс. Но никто не дает гарантий, что даже не связанный с чиновниками “УЗ” владелец больниц на самом деле приведет их к развитию. В мире есть множество примеров, когда концессия оборачивалась неудачно, потому что инвестор, пускай и умел управляться с цифрами, не знал специфики дела, в которое вкладывался. 

Если сейчас ЦОЗ просто вставляет палки в колеса больницам, то передача их в руки человека, далекого до здравоохранения, может попросту довести клиники до ликвидации. Лучший для "Укрзализныци” выход – прекратить пустой пиар на новаторстве и инвестициях, текущих в города, и найти альтернативный путь повышения рентабельности УЗ.


Читайте Комментарии в Google News

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы первыми узнать о самых важных событиях!


Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
comments

Новости партнеров

Новости

Подписывайтесь на уведомления, чтобы быть в курсе последних новостей!