Иран мог продать России еще одну свою разработку: эксперт оценил новый вражеский дрон "Герань-5"
По словам эксперта, "Герань-5" фактически является относительно дешевой крылатой ракетой с дальностью полета до тысячи километров.
Модернизированные российские ударные дроны "Герань-5" по своей конструкции напоминают иранский беспилотник "Каррар".
Это может свидетельствовать о том, что Иран "мог продать другую свою разработку России для ее дальнейшей локализации и усовершенствования", заявил в эфире Radio NV сказал эксперт по авиационному рынку Богдан Долинце.
По его словам, новый дрон напоминает также ракету времен Второй мировой войны "Фау-1".
"Россияне могли, увидев использование Украиной другой ракеты с аналогичной фактически компоновкой под названием "Фламинго", попытаться создать какое-то собственное изделие, которое могло бы фактически быть в той же экономической модели", - сказал эксперт.
По словам Долинце, "Герань-5" фактически является относительно дешевой крылатой ракетой с дальностью полета до тысячи километров, но на реактивной тяге со скоростью полета около 800-900 километров в час.
Эксперт отметил, что это усложняет возможности противодействия таким беспилотникам с использованием дронов-перехватчиков. В то же время, этот боеприпас значительно дешевле, но по своим характеристикам относится к классу крылатых ракет.
По словам Долинце, уничтожение таких целей возможно, в частности, посредством реактивной авиации.
Как сообщал портал "Комментарии", в начале 2026 года Россия впервые использовала против Украины новый ударный беспилотник "Герань-5". Его применили в ходе комбинированных воздушных атак, сообщили в Главном управлении разведки Министерства обороны Украины. Специалисты уже исследуют новую разработку.
Герань-5 существенно отличается от предыдущих модификаций этой линейки. Беспилотник имеет длину около шести метров и размах крыльев до 5,5 метров и выполнен по нормальной аэродинамической схеме. Как пишет украинская разведка, большинство ключевых компонентов остаются унифицированными с другими "геранями", что свидетельствует об эволюционном, а не революционном характере изменений.